Архивная пигментная печать
113,5×93 см

Оценочная стоимость:
300 000 — 450 000 ₽

Предоставлено Lumiere Gallery

text

text

Пленочная фотография,
цифровая печать, авторская рама
60×49 см

Оценочная стоимость:
250 000 — 350 000 ₽

Предоставлено Anna Nova Gallery

Холст, масло
150×170×3,5 см

Оценочная стоимость:
600 000 — 700 000 ₽

Предоставлено Pop-Up Gallery

Серия «СЕАНС» является продолжением портретной серии, где герои обретают тела, взаимодействуют друг с другом в сюжете.

«Находясь в резиденции „Первой линии“, я все время думала о нашем последнем визите с дочкой в старую детскую поликлинику. Эти мысли подтолкнули меня на создание ряда живописных работ в золотистых цветах, где дети, нехотя проходят плановый медосмотр. В кабинете на протяжении 40 лет ничего не изменилось, только дети и врачи, сменяя друг друга, занимали одни и те же места».

В работах Елена Филаретова продолжает исследовать явление визуальной парейдолии — разновидности зрительных иллюзий, при которой в абстрактных, неодушевленных объектах человек видит лица и фигуры. Феномен парейдолии представляет собой ошибку восприятия, основанную на врождённой способности человеческого мозга распознавать лицо человека даже в плохих визуальных условиях.

Каждый зритель, опираясь на свой визуальный опыт, достраивает изображение индивидуально: сцены планового осмотра постепенно раскрываются как многослойные пространства, где мерцающие охристые плоскости и ритмически выстроенная композиция образуют самостоятельную систему, превращающую кабинет в переходную зону, а персонажей — в символы внутреннего ландшафта памяти. Цвет здесь выступает организующей энергией, задающей собственные законы существования пространства и переводящей частный опыт в область воображаемого и метафизического.

Print on paper

Оценочная стоимость:
150 000 — 300 000 ₽

Предоставлено художником

Бронза
Тираж 5+1 AP

Оценочная стоимость:
xx ₽

Предоставлено Smart Art

Бумага, масляная пастель, масло, акрил
128×98 см

Оценочная стоимость:
350 000 — 450 000 ₽

Предоставлено Artwin Gallery

В проекте delirium Антон Кушаев обратился к каноническому мотиву — натюрморту с цветком, распад которого зафиксировал в галлюцинаторно-сновидческой сценографии, вбирающей в себя сетку аллюзий на послевоенный модернизм, неоготическую эстетику и принципы крюотического театра, стремившегося предельно приблизить опыты проживания пограничных состояний. 

Ассоциирование цветка с раной - след надлома, оставленного опытом Первой мировой, — общее место в художественном мифе сюрреализма. Нюансированный символизм, позволяющий облечь травму в визуальную форму, присущ и Кушаеву. Делирий - расстройство сознания, вызывающее искажения в восприятии действительности, аффективные нарушения и навязчивые состояния — всегда вызван ситуацией разрыва в полотне рационального хода событий. Привычки повседневности с её магическим повторением ритуалов прерываются сбоем, ошибкой, поломкой, запускающей новый порядок, одержимый собственной логикой. Процесс возникновения такой параллельной альтернативной монотонности — сценарий нарушения знакомого пространства координат — зафиксирован в живописных и графических работах Кушаева, раскладывающего его на четыре такта: столкновение, оцепенение, разрушение, трансформация. 

Пунктир этого черно-белого нарратива вращается вокруг образа обнажившегося знания, меняющего природу вещей. Он возвращает нас к кругу канонических вопросов о границах видимого и этике видения, о риске зрения и опыте блуждающего взгляда. Траектории его жизни, предполагающей откровение и преображение, Кушаев фиксирует в сухих терминах религиозного искусства, последовательно выстраивая свое повествование, как это принято в иконописной традиции. Но не менее значим и подстрочный диалог художника с классиками советского неофициального искусства, в котором на равных сосуществуют скульптурная экспрессивность Эрнста Неизвестного и развоплощение видимого мира Михаила Шварцмана — агрессивная материальность чувственного и сакральная хрупкость возвышенного. Испытание, проверка подлинности вещественного мира и его диагностика — первоначальные вводные данные для открытия формулы исцеления. 

Автор текста: Мария Доронина

Бумага, тушь
40,6×29,5 см

Оценочная стоимость:
150 000 — 300 000 ₽

Предоставлено

Дерево, металл, гравировка, бумага, карандаш
125×107 см

Оценочная стоимость:
700 000 — 900 000 ₽

Предоставлено Syntax

Цифровая печать на баритовой бумаге
100 × 56 см, Тираж 1/10 + 2 АР

Оценочная стоимость:
150 000 - 250 000 ₽

Предоставлено Ruarts

Бумага, акварель, гуашь
59.5×84 см

Оценочная стоимость:
450 000 — 650 000 ₽

Предоставлено pop/off/art

Как следует из названий, в сериях «Неоконструктивизм», «Пространственная конструкция», «Ритмическая конструкция», «Полифоническая композиция» и «Абстракция» Юрий Злотников обращается к идеям авангарда и, в частности, конструктивизма. Однако он преобразовывает строгие геометрические формы в линии и пятна, в которых экспрессивность художественного жеста выражена больше. Их можно условно разделить на несколько видов: линии прямые и изогнутые, зигзаги, пунктиры, точки и крупные пятна. Элементы объединяются в группы, иногда разделенные пространственными паузами, а иногда перетекающие из одной в другую.

В связи с этим произведения больше напоминают живую пульсирующую структуру, нежели четкую схему. Вибрация работ усиливается и благодаря использованию контрастных оттенков. Несмотря на то, что в произведениях 1980−1990-х годов художник неизменно работает гуашью, темперой, акварелью и пастелью на бумаге, их следует относить к живописи, поскольку цвет занимает в них центральное место.

Керамика, глазурь, олово, серебро, красный коралл
40x24x20, 24х24х22, 20х20х20 см

Оценочная стоимость:
400 000 - 500 000 ₽

Предоставлено СССХ

Серия «Атай Улаан Тэнгэри» — не иллюстрация древнего мифа, а акт расследования и реконструкции бурятской мифологической образности. Художник выступает как археолог культурного кода, фиксируя фрагменты тела божества, низвергнутого с небосвода.

Согласно сюжету, Атай Улаан Тэнгэри (Красное Небо), старший из небожителей, пал жертвой междоусобицы западных и восточных царств. Поверженный и расчлененный, он был сброшен в мир людей. Тело его стало источником хаоса: тлетворные останки породили монстров, болезни и тьму. Вопреки дуальной логике, проект проявляет другое отношение — архитектура мира не делится на добро и зло. Болезнь или разрушение — это сигнал к диалогу, намек на необходимость договариваться, проявив уважительное отношение ко всем проявлениям природы.

Масло, холст
90×70 см

Оценочная стоимость:
200 000 — 300 000 ₽

Предоставлено Seréne Gallery

Название работы отсылает к английскому выражению "building castles in the sky" — строить воздушные замки. Эта идиома обычно связана с планами, которые трудно осуществить, с иллюзиями или несбыточными ожиданиями. Однако в ней есть и другая интонация — детская способность фантазировать, мечтать, мыслить без ограничений, ставить перед собой невозможное просто потому, что иначе невозможно расти.

На картине изображён близкий автору человек — друг, ставший образом мечтателя. Он находится на пляже — в пространстве беззаботного времени, открытого горизонта и временной свободы. Замок, который он строит, существует на границе реальности и воображения: наполовину материальный, наполовину внутренний. Это не просто песчаная конструкция, а метафора планов, разговоров о будущем, амбиций и надежд, которые рождаются в моменты кажущейся лёгкости.

Сосредоточенность героя подчёркивает серьёзность мечты. Несмотря на внешнюю хрупкость и эфемерность образа, в этом строительстве есть внутренняя убеждённость — ощущение, что воображаемый замок может обрести форму. Картина становится размышлением о природе фантазии: о том, где проходит граница между иллюзией и проектом будущего, и в какой момент «воздушный замок» перестаёт быть утопией и начинает становиться возможностью.

Архивный пигментный отпечаток
150×100 cm, 1/1+1 AP

Оценочная стоимость:
350 000 — 500 000 ₽

Предоставлено Pennlab

Основой для этой серии работ стала игра с отражениями в окнах зданий. Окна становятся не только «глазами» дома, но и некими порталами, объединяющими общие и приватные зоны, пространства внутреннего двора и внешнего мира. Отражения создают необычные преломления, диалог между различными фрагментами пространств. Автору захотелось поиграть в визуальный конструктор и попытаться передать уникальную атмосферу современной архитектуры.

Фотография, цифровая печать, пластификация
105×140 см

Оценочная стоимость:
600 000 — 750 000 ₽

Предоставлено

Александр Гронский документирует трансформации городских и природных пространств, вызванные последствиями урбанизации, постиндустриализации, а также различных политических и социальных процессов. Сцены из серии «Пастораль», снятые в 2010-е годы на окраинах Москвы, запечатлевают рубежи урбанизации, где природное пространство претерпевает изменения, но еще не становится городским или культурным. В основе большей части фотографий проекта «Схема» — изображения фрагментов городской среды с одинаковой планировкой. В ХХ веке развитие градостроения сделало возможным сюжет кинофильма «Ирония судьбы», когда человек легко может перепутать свой город и свой дом с другими такими же. Модернистский индустриальный утопический импульс 60-х фактически уничтожает ощущение места, нивелируя разницу между локациями, как в песне ВИА «Самоцветы» «Мой адрес — Советский Союз!». На фотографиях из серии «Схема» мы наблюдаем реакцию на этот импульс, когда человек пытается вернуть себе место с помощью товаров массового производства и маркетинговых инструментов (например, вывесок). Скепсис в отношении проекта советского модернизма, прогнозирующего прогресс и движение к будущему, уничтожает ощущение времени и своего места в истории, которое оказывается маркировано только глобальными историческими достижениями, принадлежащими «всем и каждому». Практически на всех снимках присутствует фигура человека — свидетеля и участника, процессов трансформации. В пейзажных сериях это фигуры прохожих, в других работах — незаметное, но ощутимое присутствие самого автора.

О художнике:

Современный российский фотограф. Родился в Таллине. В возрасте 17 лет стал помощником фотографа. В 1998 году переехал в Россию, где начал работать фотокорреспондентом для российских и международных СМИ. В 2000 году стал победителем Всероссийского конкурса «Пресс Фото России». В 2008 году начал работать над отдельными художественными проектами и создал серию «Пастораль», за что в 2012 году получил премию «World Press Photo». В 2014 году начал работать над серией диптихов и полиптихов «Схема». В 2021 году в Pennlab Gallery прошла персональная выставка Гронского «Время и место». В настоящее время живет и работает в Москве.

Автор текста: Александр Журавлев

Acrylic & pigment on canvas
60×80cm

Оценочная стоимость:
1 500 000 — 2 000 000 ₽

Предоставлено художником

Пчелиный воск, мыло, жир, перья
30×35×35 см

Оценочная стоимость:
350 000 — 450 000 ₽

Предоставлено художницей

Оценочная стоимость:
300 000 — 400 000 ₽

Предоставлено Iragui Gallery

Машинная вышивка, акрил, холст
56×56 см, 56,5×56,5 см

Оценочная стоимость:
600 000 — 800 000 ₽

Предоставлено художником

С-print, латунная проволока, дубовая рама
Тираж 1/1
40×40 см

Оценочная стоимость:
xx ₽

Предоставлено Pennlab

Греческая мифология возникла как способ объяснить устройство мира и природные явления, наблюдаемые человеком с древнейших времён. Однако в процессе многовековой передачи эти повествования постепенно отдалялись от своих первоначальных источников. Повторяясь и изменяясь, они формировали всё более обобщённые и очищенные представления о событиях, лежащих на границе исторической памяти и религиозного воображения.

Со временем локальные предания переплетались с другими сюжетами, образуя мифы с множественными и часто пересекающимися истоками. Их персонажи также подвергались постепенной идеализации, превращаясь в обобщённые и канонические формы.

Эта серия объединяет фотографии ландшафтов современной Греции, пространств, в которых могли бы разворачиваться древние истории, и латунные скульптуры, отсылающие к мифологическим фигурам. Скульптуры выполнены в форме трёхмерных проволочных линий, основанных на рисунках с натуры и сведённых к минимальному набору контуров. Подобно образам героев и богов античного мифа, эти фигуры предстают как архетипические формы, восходящие к давно утраченным первоисточникам.

Дерево, эмаль
47×94×3 см

Оценочная стоимость:
300 000 — 400 000 ₽

Предоставлено Jessica Gallery

Серия работ посвящена архитектуре как её истокам, так и архитектуре будущего. Которая в свою очередь олицетворяет некое достижение и превосходство над природой и даже наверно над самим человеком. Фаллический символ прочитывающияся в архитектуре башен, столбов, колонн, обелисков, небоскребов, всегда будет прочитываться среди природных горизонтов. Как и эта «деревянная триумфальная колонна» вырубленная на старых досках от армейского ящика, когда-то наполненного всякими военным снаряжением.

Холст, масло
165 х 90 см

Оценочная стоимость:
550 000 - 650 000 ₽

Предоставлено pop/off/art

Работу над серией синих монохромов автор начал в 2022 году с намерения представить картину будущего. Отправной точкой художественных поисков в этом направлении послужил теплый оттенок синего экрана — заглушки на телевизионной волне, лишенной сигнала. Ограничив свои выразительные средства до одного цвета, художник развивает исходное впечатление от синего, обращаясь к его месту в истории искусства и роли в культуре. На сегодняшний день проект не завершен. Работу над ним автор будет продолжать до наступления «мира будущего» — мира приостановленного вещания.

Монохромность произведений Новикова не столь однозначна — каждая работа включает множество оттенков и выстраивается путем поступательного наложения на холст нескольких цветов в различном порядке. Они формируют видимое множество в неразделенном пространстве, где синий, при любых отклонениях, все равно остается синим. С этой точки зрения «синий монохром, — отмечает куратор Александра Урбановская, — не изображает ни мира будущего, ни опыта свободы и так позволяет с ними взаимодействовать. Попадая в иной контекст, он каждый раз создает отличную ситуацию. Он всегда разный и он всегда синий».

Пигментный отпечаток на баритовой бумаге, авторское оформление
90×120 см

Оценочная стоимость:
500 000 — 650 000 ₽

Предоставлено Pennlab

Рассматривая архитектуру как живой организм, можно провести параллель между устройством жилого комплекса и человеческого сознания. С этой точки зрения мы можем обнаружить специфическое назначение технологических и переходных помещений как функцию подсознательного в архитектуре. Вынесенные за рамки видимого, служебные зоны обеспечивают бесперебойное функционирование жилых и общественных пространств. Направляя камеру в зазор между стеной и колонной, мы наблюдаем невидимую эстетику пустого места.

Описание

Оценочная стоимость:
500 000 — 650 000 ₽

Предоставлено

Текст

Бумага, хромогенный отпечаток
Тираж 2/7
65×80 см

Оценочная стоимость:
350 000 — 450 000 ₽

Предоставлено художницей

Этот снимок является частью проекта Марии Груздевой «Луораветлан», над которым художница работает c 2020 года. Это фотографическое исследование жизни за Полярным Кругом — условной чертой, нитью проходящей через всю Арктику.

Это не просто географическое обозначение, а особое пространство, где происходят необычайные явления: Северное Сияние, полярный день и ночь и другие. Здесь, несмотря на суровый климат, воздвигаются города, прокладываются дороги, а по бескрайней тундре, как и много веков назад, кочуют малочисленные коренные народы. Фотограф-путешественник рассказывает: «На Крайнем Севере я встречала слово, которое в каждом языке звучит по-своему: «Ненэйненэцьи» на ненецком, «Луораветлан» на чукотском. Но в переводе они означают одно — «настоящий человек». Этот проект об удивительных людях и об особенном пространстве Заполярья.

Работа из тиража в данный момент представлена на выставке «Арктика. Полюс цвета» в основном здании Третьяковской галереи.

Бумага, масляная пастель
20,2×29,5см

Оценочная стоимость:
150 000 - 350 000 ₽

Предоставлено

Текст

Текст